Продолжение про капризные ионы меди
Nov. 8th, 2006 01:11 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
catstailУже работая в Израиле, я и сама встретилась с этими капризными одновалентными ионами меди. Нашей задачей было разработать материал для твердотельных лазеров.
Активный элемент лазера, накапливающий энергию входящего в него луча и преобразующий ее (но это физики знают гораздо лучше меня!), может быть газообразным, кристаллическим или аморфным (из стекла). Наиболее эффективны кристаллы. Стекло представлялось очень перспективным материалом. А ионы меди за счет легкости своего перехода из одновалентного состояния в двух-валентное и обратно казались идеальной добавкой к стеклу. Тем более, что медь значительно дешевле всякой экзотики вроде эрбия и иттербия. Проблема состояла в том, чтобы с помощью всяких технологических ухищрений уговорить эти самые ионы побыть в стекле в одновалентном состоянии до облучения. И в конце концов нам это удалось.
До внедрения в жизнь, правда, дело не дошло, потому что в Израиле не нашлось завода или цеха, способного это сделать. Так и ограничились лабораторными образцами и опытной партией, которую изготовили на Лыткаринском заводе оптического стекла в Подмосковье.
Но до триумфа в этой компании я не дожила – уволили со скандалом.
Дело в том, что у меня сохранилась неистребимая советская привычка – я люблю отвечать на вопросы. С одной стороны, приятно видеть человека, который интересуется твоей областью деятельности, с другой – это возвышает тебя в собственных глазах. На Западе к этому подход другой, это называется консультацией и обычно стоит больших денег (в Израиле, в среднем, 100 долларов в час). Иногда проконсультировав кого-нибудь по профессиональному вопросу (не связанному, конечно, с темой теперешней работы) и благополучно забыв об этом, я неожиданно получала чек на какую-то сумму. Вот такой чек в мое отсутствие и обнаружила в моем рабочем столе моя начальница. То ли она решила, что я продаю ее секреты, то ли ей стало обидно, что ее – профессора! – консультировать не приглашают, но она меня уволила со скандалом и всем следующим потенциальным работодателям рассказывала обо мне страшные сказки. Что впрочем, не помешало мне довольно быстро найти другую работу.
Для справедливости надо заметить, что в моем договоре с работодателем был пункт, запрещавший мне подрабатывать в других фирмах без разрешения начальства. Но я-то рассказывала свои профессиональные байки без договора и гарантии оплаты. Как объяснил мне юрист, такое положение подработкой считаться не может, и можно было требовать восстановления через суд. Но не захотелось.
Вот так несчастливо закончилась моя любовь к ионам меди в стекле. Но какая настоящая любовь бывает совершенно счастливой?
Активный элемент лазера, накапливающий энергию входящего в него луча и преобразующий ее (но это физики знают гораздо лучше меня!), может быть газообразным, кристаллическим или аморфным (из стекла). Наиболее эффективны кристаллы. Стекло представлялось очень перспективным материалом. А ионы меди за счет легкости своего перехода из одновалентного состояния в двух-валентное и обратно казались идеальной добавкой к стеклу. Тем более, что медь значительно дешевле всякой экзотики вроде эрбия и иттербия. Проблема состояла в том, чтобы с помощью всяких технологических ухищрений уговорить эти самые ионы побыть в стекле в одновалентном состоянии до облучения. И в конце концов нам это удалось.
До внедрения в жизнь, правда, дело не дошло, потому что в Израиле не нашлось завода или цеха, способного это сделать. Так и ограничились лабораторными образцами и опытной партией, которую изготовили на Лыткаринском заводе оптического стекла в Подмосковье.
Но до триумфа в этой компании я не дожила – уволили со скандалом.
Дело в том, что у меня сохранилась неистребимая советская привычка – я люблю отвечать на вопросы. С одной стороны, приятно видеть человека, который интересуется твоей областью деятельности, с другой – это возвышает тебя в собственных глазах. На Западе к этому подход другой, это называется консультацией и обычно стоит больших денег (в Израиле, в среднем, 100 долларов в час). Иногда проконсультировав кого-нибудь по профессиональному вопросу (не связанному, конечно, с темой теперешней работы) и благополучно забыв об этом, я неожиданно получала чек на какую-то сумму. Вот такой чек в мое отсутствие и обнаружила в моем рабочем столе моя начальница. То ли она решила, что я продаю ее секреты, то ли ей стало обидно, что ее – профессора! – консультировать не приглашают, но она меня уволила со скандалом и всем следующим потенциальным работодателям рассказывала обо мне страшные сказки. Что впрочем, не помешало мне довольно быстро найти другую работу.
Для справедливости надо заметить, что в моем договоре с работодателем был пункт, запрещавший мне подрабатывать в других фирмах без разрешения начальства. Но я-то рассказывала свои профессиональные байки без договора и гарантии оплаты. Как объяснил мне юрист, такое положение подработкой считаться не может, и можно было требовать восстановления через суд. Но не захотелось.
Вот так несчастливо закончилась моя любовь к ионам меди в стекле. Но какая настоящая любовь бывает совершенно счастливой?
