(no subject)
May. 12th, 2005 12:27 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
catstailА вот это не совсем по теме - парочка воспоминаний о понимании ценности жизни.
Сразу после окончания института я по распределению попала в НИИ, во вновь созданную лабораторию с молодым и увлеченным коллективом.
Тематика была новая – мы разрабатывали новые способы повышения прочности стекла. И разработали новую технологию, она впоследствии была даже внедрена, но только для так называемых «специальных изделий». Изначально разработка велась для повышения прочности передних (лобовых) стекол автомобилей в комплексе с использованием привязных ремней. Тогда это еще не считалось необходимым. Естественно, дополнительная обработка стекла повышала стоимость изделия. А для внедрения любой разработки, кроме оборонных, был необходим экономический эффект. Рыская по библиотекам, я «раскопала» американский экономический расчет по оценке эффективности подобных разработок и страшно обрадовалась. Суть расчета заключалась в том, что с одной стороны, подсчитывалось удорожание изделия за счет дополнительной обработки, а с другой – экономический эффект, получаемый от того, что применение этого изделия сохраняло жизнь человека или уменьшало опасность полученной им травмы и расходов на лечение.
Реальный же расчет строился на том, что для того, чтобы вырастить человека, надо затратить определенные средства на его питание, образование и проч. С точки зрения экономики, если человек погиб в молодости, средства затрачены впустую. Более того, потеряно то, что он мог бы создать, заработать, будучи взрослым, т.е. упущенная выгода. Если же человек ранен, в нашем случае, в результате дорожно-транспортного происшествия, экономический эффект подсчитывался из стоимости его лечения в зависимости от тяжести травмы. Все казалось логичным, изделие оказалось очень эффективным, нам очень хотелось увидеть свою разработку реализованной.
Докладывать экономическую часть проекта на Ученом совете было поручено мне.( Позже я поняла, что умный и осторожный завлаб поручил мне эту часть доклада намеренно – я была молодым специалистом, и взять с меня было нечего.) Реакция Ученого совета меня потрясла. Никто не обсуждал существа разработки или ее экономического обоснования. Вся критика свелась к формуле «Какой цинизм считать жизнь и здоровье человека в деньгах! Человеческая жизнь бесценна!» «И поэтому она ничего не стоит»- тихо добавила моя подруга с места.
Внедрение разработки не было утверждено, а на мне навсегда повис ярлык прожженного циника.
Как-то праздновали мы что-то общенародное в веселой студенческой компании, куда одинокие девушки пригласили в общем-то малознакомых курсантов военной академии. Выпили-закусили, и курсанты стали делиться впечатлениями о недавних маневрах. Тут я впервые услышала о допустимом планируемом проценте потерь среди личного состава (если не ошибаюсь, речь шла о 1-1.5%. Позже я узнала, что во всех армиях существует подобное). По молодости и женской глупости спросила, были ли у них такие потери, и не жалко ли им солдат и их родителей.
Ответ меня потряс. "А чего жалеть, народу у нас много, а не хватит, бабы еще нарожают". Тогда я еще не слышала этой крылатой фразы, приписываемой маршалу Жукову, и чувствуя себя той самой бабой, которая должна рожать солдатиков для их игр, буквально взбеленилась. Тем более, что у меня совсем недавно родился сын. О последующем скандале умолчу, бить женщину будущие офицеры все-таки не стали. С этого дня я впервые стала задумываться о военной доктрине СССР, читать и спрашивать участников об армии, войнах, и стало складываться определенное мнение сначала об армии, потом вообще о системе отношений человек-государство
Да вот хотя бы - в преддверии празднования Победы
http://2005.novayagazeta.ru/nomer/2005/33n/n33n-s00.shtml
Сразу после окончания института я по распределению попала в НИИ, во вновь созданную лабораторию с молодым и увлеченным коллективом.
Тематика была новая – мы разрабатывали новые способы повышения прочности стекла. И разработали новую технологию, она впоследствии была даже внедрена, но только для так называемых «специальных изделий». Изначально разработка велась для повышения прочности передних (лобовых) стекол автомобилей в комплексе с использованием привязных ремней. Тогда это еще не считалось необходимым. Естественно, дополнительная обработка стекла повышала стоимость изделия. А для внедрения любой разработки, кроме оборонных, был необходим экономический эффект. Рыская по библиотекам, я «раскопала» американский экономический расчет по оценке эффективности подобных разработок и страшно обрадовалась. Суть расчета заключалась в том, что с одной стороны, подсчитывалось удорожание изделия за счет дополнительной обработки, а с другой – экономический эффект, получаемый от того, что применение этого изделия сохраняло жизнь человека или уменьшало опасность полученной им травмы и расходов на лечение.
Реальный же расчет строился на том, что для того, чтобы вырастить человека, надо затратить определенные средства на его питание, образование и проч. С точки зрения экономики, если человек погиб в молодости, средства затрачены впустую. Более того, потеряно то, что он мог бы создать, заработать, будучи взрослым, т.е. упущенная выгода. Если же человек ранен, в нашем случае, в результате дорожно-транспортного происшествия, экономический эффект подсчитывался из стоимости его лечения в зависимости от тяжести травмы. Все казалось логичным, изделие оказалось очень эффективным, нам очень хотелось увидеть свою разработку реализованной.
Докладывать экономическую часть проекта на Ученом совете было поручено мне.( Позже я поняла, что умный и осторожный завлаб поручил мне эту часть доклада намеренно – я была молодым специалистом, и взять с меня было нечего.) Реакция Ученого совета меня потрясла. Никто не обсуждал существа разработки или ее экономического обоснования. Вся критика свелась к формуле «Какой цинизм считать жизнь и здоровье человека в деньгах! Человеческая жизнь бесценна!» «И поэтому она ничего не стоит»- тихо добавила моя подруга с места.
Внедрение разработки не было утверждено, а на мне навсегда повис ярлык прожженного циника.
Как-то праздновали мы что-то общенародное в веселой студенческой компании, куда одинокие девушки пригласили в общем-то малознакомых курсантов военной академии. Выпили-закусили, и курсанты стали делиться впечатлениями о недавних маневрах. Тут я впервые услышала о допустимом планируемом проценте потерь среди личного состава (если не ошибаюсь, речь шла о 1-1.5%. Позже я узнала, что во всех армиях существует подобное). По молодости и женской глупости спросила, были ли у них такие потери, и не жалко ли им солдат и их родителей.
Ответ меня потряс. "А чего жалеть, народу у нас много, а не хватит, бабы еще нарожают". Тогда я еще не слышала этой крылатой фразы, приписываемой маршалу Жукову, и чувствуя себя той самой бабой, которая должна рожать солдатиков для их игр, буквально взбеленилась. Тем более, что у меня совсем недавно родился сын. О последующем скандале умолчу, бить женщину будущие офицеры все-таки не стали. С этого дня я впервые стала задумываться о военной доктрине СССР, читать и спрашивать участников об армии, войнах, и стало складываться определенное мнение сначала об армии, потом вообще о системе отношений человек-государство
Да вот хотя бы - в преддверии празднования Победы
http://2005.novayagazeta.ru/nomer/2005/33n/n33n-s00.shtml
