catstail | Просто частное мнение по поводу...

На горькие размышления натолкнул меня пост в журнале Виктора Шендеровича. Вернее, не сам пост, а комментарии к нему, не один-два, на них можно было бы не обращать внимания, а десятки однотипных комментариев. Договорились уже до того, что за экономическое преступление надо расстрелять беременную женщину.
Суть поста – просьба подписать письмо Елены Боннэр о досрочном освобождении Светланы Бахтиной.
http://shenderovich.livejournal.com/27132.html

Не хочу вдаваться в подробности дела, насколько виновна осужденная (допустим, что ее осудили вполне заслуженно), и подпадает ли она под закон о досрочно-условном освобождении. Хотя мне невозможно поверить, что эта 28-летняя женщина - одна из самых больших экономических преступников в России. Общеизвестно, как создавались в 80-90-х годах крупные состояния. (Покажите мне хоть одного русского Билла Гейтса.) Однако все их владельцы, кроме Ходорковского со товарищи, гуляют на свободе и наслаждаются награбленным. Но суть не в этом.

В брежневские времена мы часто смеялись над фразами официоза. Особенное веселье вызывало утверждение о том, что «при социализме создана принципиально новая общность – советский народ». Сегодня это утверждение уже не кажется мне таким забавным.
У всех нас, рожденных и выросших в СССР, есть много общего. В этом «многом», безусловно, есть и хорошее, но есть то, что сильно отличает нас от людей в других странах не в лучшую сторону. Мы агрессивны, безжалостны, равнодушны и не умеем прощать.

С детства нас натаскивали, как бойцовых собак:
«Кто не с нами, тот против нас», «Если враг не сдается, его уничтожают», «Коллектив всегда прав», «Единица – ноль…». Только вспомнить эти коллективные проработки на школьных собраниях, производственных совещаниях… Так стая загрызает слабого. Слабость считалась чуть ли не главным грехом, а проявление жалости, сочувствия, милосердия – пережитками. «Жалость унижает человека!».
В России известна поговорка «От сумы и от тюрьмы не зарекайся…» До Революции была традиция - приносить незнакомым «тюремным сидельцам» еду и подарки. Нечто вроде милостыни ради спасения души. Вместе с закрытием церквей Советская власть искоренила и эту традицию. «Религия – опиум для народа». Принципы покаяния и прощения врагов никак не согласуются с классовой борьбой.
Мы учили строку «И милость к падшим призывал…», но понимали ли ее?

Счастливы те, кто получил в семье противовес добра и сочувствия, но многих и дома воспитывали по принципу «бьют и плакать не велят». Да, в школьную программу входили великие произведения русской литературы, но как их препарировали в классе: проявления гуманизма, милосердия – пережитки.

Практически мы все, хотя и в разной степени, заражены этим. Те, кто осознал свою болезнь, борются с ней. Недаром многие ищут ответов и спасения в религии. Возможно, дело не только в желании веры во Всемогущего, но в поиске основ морали, принципа существования.
Мне казалось, что с изменением строя в России изменятся и люди, их взаимоотношения.
Читаю ЖЖ и временами страшно становится.