catstail | (no subject)

КАК Я БЫЛА БЛОНДИНКОЙ

По молодости в нашей сугубо мужской лаборатории я была на должности блондинки. То есть должность-то у меня была старшего научного сотрудника и даже руководителя группы. И с основными обязанностями я, вроде бы, справлялась неплохо. А «блондинка» - это вроде общественного поручения при необходимости, ну как деревенский дурачок. А такая необходимость возникала нередко, потому что работать без нарушений многочисленных инструкций в Союзе было невозможно.

Честно говоря, блондинкой я была весьма условной, с сильным уклоном в рыжину. И глаза не голубые, а карие. Зато все остальное – как надо: в нужных случаях юбку надевала покороче, декольте поглубже, макияж поярче, на морду лица – выражение поглупее – и вперед!
Напрмер, нужен нам для лаборатории прибор. А заказы на него расписаны на пятилетку вперед. Завлаб запускает на завод блондинку с бутылкой «представительского» коньяка для начальника цеха. С ним вопрос решался легче, чем с высоким начальством. Он всегда мог собрать лишний прибор на субботнике (на самом деле, взять со склада) или выдать из «некондиции». Блондинка, как полагается, хлопала глазами, глупо хихикала, соглашалась вечером прийти на свидание, только этот вечер никогда не наступал...
Или наоборот, нужно нам получить давно заказанный оптический прибор на заводе. При получении прибора необходимо пройти инструктаж, прибор проверить и расписаться за него. А завод – «почтовый ящик» повышенной секретности. Основная его продукция – для обороны, а наш прибор – проценты продукции для народного хозяйства. И для его получения, проверки и всей процедуры нужна «форма», которой ни у кого из нас нет. Завлаб звонит на завод, договаривается, когда мы заберем прибор, сообщает фамилии. Приезжаем втроем – прибор большой и тяжелый. В проходной выясняется, что «допуска» ни у кого из нас нет. Прибегает начальник цеха, волнуется, ему этот прибор тоже надо срочно с рук сбыть и серьезным делом заниматься. Видит компанию из двух серьезных мужиков и типичной блондинки. Прибор надо сдать, а на завод заказчиков пустить нельзя. Начальник цеха мечется в поисках выхода. Наконец, заказчики ему подсказывают трагическим шопотом решение. Они забирают прибор без проверки, пусть только он – чисто формально – пустит блондинку в цех, она на прибор посмотрит и заказ подпишет. «Ты на нее посмотри – что она в ваших секретах понимает?» Начальник цеха сам принять решение не может. Он хватает блондинку за руку и тащит ее в заводоуправление на показ к главному инженеру. Там ситуация разрешается ко всеобщему удовлетворению.
Правда, поначалу случилось у нас пару «проколов». Один раз я начала вопросы по делу задавать и была с позором изгнана как самозванка. А второй раз нам попытались некондиционный прибор всучить, тут уж мне терять было нечего, пришлось «расколоться». Прибор тут же заменили, но больше от нас никогда заказов не принимали.
Очередной наш фокус с блондинкой чуть не закончился серьезным скандалом. Случилось это вскоре после катастрофы с американским космическим кораблем «Челленджер». Посмотрели мы на эту катастрофу по телевидению, послушали сообщения комментаторов, звучавшие скрытым злорадством, пожалели погибших астронавтов, особенно всем было жаль учительницу... И вернулись к своим обычным делам.
Вскоре появляется в Институте посланник из другого, весьма серьезного ведомства с материалами для экспертизы. Надо сказать, что изредка они «перепуливали» нам свои экспертизы, но обставляли это очень хитро – мы делали работу как частные лица и как бы на общественных началах. Называлось это «заключение специалиста», а потом они уже сами оформляли экспертизу от имени своих специалистов. При этом обстоятельства дела никогда нам не сообщались, что сильно затрудняло работу. Но иногда премии за особо удачную работу нам выписывали. Многие из нас соглашались выполнять эту работу (попробуй, не согласись!) в том числе и из интереса. Как правило, вопросы были нестандартные, и материалы необычные.
Вызывают меня в дирекцию, где уже сидит этот представитель, вручают материалы и «филькину грамоту» с вопросами, расписываюсь о согласии выполнять работу в свободное время и неразглашении и уношу все в свою каморку.
Принесли мне на этот раз совершенно необычные осколки стекла. Были они трех видов, разложила я их на три кучки: две кучки бесцветных стекол разной толщины, и одна – дымчатые осколки. На бесцветных осколках из одной кучки – покрытие тонким слоем индия. А такое покрытие делается только на иллюминаторах аппаратов, поднимающихся выше стратосферы. А дымчатые осколки – явные фрагменты светофильтра. И на всех осколках – следы полимерной пленки. А вопрос был «на засыпку» - «Частями каких изделий являются осколки, и где эти изделия применяются?»
По логике, передо мной осколки трех разных изделий, но не сходятся у меня концы с концами. И пошла я по Институту под личиной блондинки нарушать подписку и спрашивать, кому и что еще принес этот представитель на исследование.
Выяснилось, что другому эксперту он принес куски полимерной пленки с покрытием кристаллами йода, да не просто кристаллами, а одного размера и ориентированными в одном направлении. Сидит бедолага-эксперт и ломает голову над полученными результатами. Поняли мы оба, что по отдельности нам этой задачи не решить, и стали работать вместе. Вместе мы и выяснили, что все эти материалы относятся к одному, но очень сложному изделию – а именно поляризатору (устройству, поляризующему свет а одной плоскости), эту функцию и выполняли ориентированные кристаллы йода. Покрытие индием на стекле отражало и задерживало жесткий ультрафиолет. А все вместе было пятислойным изделием (пентаплексом), которое, кроме как в космосе, и применить негде. Причем я твердо знала, что такое в Союзе не выпускается.
Задачу мы, очень гордые собой, решили. Но тут-то и поджидали нас основные проблемы. Ни один из нас не имел права рассказывать другому, чем он занимается, или советоваться с кем-либо. Решить задачу поодиночке , каждый со своими материалами, мы не могли. Тупик. Пошли мы к своему мудрому завлабу и честно во всем повинились. Он как всегда, заорал и обозвал нас анархистами, которым в «Матросской тишине» давно прогулы ставят. И ему вместе с нами. Но выход, опять же как всегда, нашел. Я в качестве блондинки звоню «заказчику» (на это я право имею) и прошу его приехать и ответить на дополнительные вопросы, без которых я не могу решить задачу. Вопросы сформулировали очень осторожно и заставили меня выучить их наизусть. Смысл их сводился к тому, чтобы «заказчик» сам объединил два исследования в одно. Все разыграли как по нотам. И более того: «заказчик» поведал нам, что он собственноручно разделил пятислойные фрагменты на стекла и полимерную пленку и раздал двум разным экспертам. «Зачем?» - взвыла я, выходя из роли. «В целях соблюдения секретности» - торжественно объявил «заказчик». «Идиота» я проглотила.
Оформленное заключение и вещественные доказательства мы торжественно сдавали в кабинете завлаба. И я не удержалась: «Получайте свой «Челленджер!». «Заказчик» позеленел. Завлаб больно пнул меня под столом ногой и мило улыбаясь сказал: «Ну что взять с блондинки?»
Премию мы честно пропили всей лабораторией.

x post ru_museum70