(no subject)
Oct. 2nd, 2010 10:38 amГуляем с внуками в лесопарке. День чудесный, солнечный, по дорожкам белки бегают, птички перепархивают с ветки на ветку. Навстречу нам идет благообразный пожилой мужчина. Останавливается, здоровается, обмениваемся репликами о хорошей погоде и последних политических событиях, как здесь принято. Он замечает у меня фотоаппарат, спрашивает, кого фотографирую. Рассказывает, каких он здесь птиц встречал, показывает собранные шампиньоны в пакете. Так, слово за слово, узнаю, что он итальянец, имеет свою строительную фирму, работает в этом районе, строит и перестраивает дома, в основном, у еврейской публики. В основном-то он к евреям хорошо относится, но вот недавно был случай: он о чем-то не договорился с домовладельцем, и они так поссорились, что тот направил на него ружье. Но и среди евреев бывают приличные люди.
Чувствую, что разговор уходит в нежелательном для меня направлении и говорю: «Ой, не рассказывайте мне о евреях! Я наш народ неплохо знаю.» Изумление: «А Вы, что, еврейка?» (До этого уже выяснили, откуда у меня акцент.).
И моего потенциального ухажера как ветром сдуло. Почему бы это?
Чувствую, что разговор уходит в нежелательном для меня направлении и говорю: «Ой, не рассказывайте мне о евреях! Я наш народ неплохо знаю.» Изумление: «А Вы, что, еврейка?» (До этого уже выяснили, откуда у меня акцент.).
И моего потенциального ухажера как ветром сдуло. Почему бы это?